Еженедельник «Аргументы и Факты» № 32. Большая восьмёрка 12/08/2026 Сюжет Русские конструкторы
260 лет назад, 18 августа 1766 года, на Колывано-Воскресенских заводах, что на Алтае, ввели в эксплуатацию особенную, как бы сейчас сказали — инновационную машину, которая ещё на этапе создания обросла слухами, проникшими даже за границу.
«Горный механик Иван Ползунов строит теперь огневую машину… Машина сия будет приводить в действие мехи или цилиндры в плавильнях посредством огня; какая же от того последует выгода! Со временем в России, если потребует надобность, можно будет строить заводы на высоких горах и в самих даже шахтах», — сообщал соотечественникам шведский пастор лютеранской общины города Барнаула Эрик Лаксман в 1765 году.
Джеймс Уатт, портрет работы Карла Фредерика фон Бреды. Фото: Public Domain
До получения англичанином Джеймсом Уаттом патента на его «универсальную паровую машину» оставалось 4 года. До того момента, как конструктор, в честь которого назвали единицу измерения мощности, сумел худо-бедно привести свой агрегат в движение — 11 лет. А до момента первой установки машины Уатта на фабрике — все 19.
Солдатский сын
Если кому-то кажется, что это приступ болезни «Россия — родина слонов», то он сильно ошибается. Известия о паровой машине Ползунова не ограничиваются краткой записью стороннего, в общем-то, человека. Её существование подтверждено многочисленными официальными документами. И в данном случае скучные строчки гроссбухов внезапно превращаются в яркие захватывающие иллюстрации к истории русского изобретателя Ивана Ползунова.
Здание_канцелярии Колывано-Воскресенского завода. Здесь работал Иван Ползунов. Фото: commons.wikimedia.org
Он родился 14 марта 1728 года в Екатеринбурге — городе, который был старше новорождённого всего лишь на 5 неполных лет. Собственно, его отец, тоже Иван Ползунов, и строил этот город — как солдат Тобольского командированного полка. Солдатский сын — звание не бог весть какое. Но всё-таки стартовые возможности давало — надо было только уметь ими воспользоваться.
Иван Ползунов-младший умел. Сначала он учился в «школе словесной», где кроме чтения и письма преподавали «страх Божий, честное житие и обхождение». Потом — в «школе арифметической», где арифметика была только на первых годах, а потом изучались геометрия, тригонометрия и «прочие горные дела», включающие в себя черчение и основы механики. И учился так, что определили его для последующего образования к Никите Бахареву, бывшему гардемарину, выпускнику Навигацкой школы, который с 1735 года стал главным механиком Уральских казённых заводов и рудников.
Бахарев имел известность не только как механик, но и как изобретатель. И именно Бахарев настоял, чтобы его «механический ученик» отчалил в самостоятельное плавание к новым перспективным берегам. В 1747 году Екатеринбург посетил Андреас Беэр, первый главный командир Колывано-Воскресенских заводов, что на Алтае. Ему были нужны сведущие люди для расширения производства. И Ползунова, юнца 19 лет от роду, он взял под нажимом Бахарева, доверившись главному механику.
Жизнь показала, что ни Беэр, ни сменивший его на посту командира Колывано-Воскресенских заводов Андрей Порошин не прогадали. Вот как выглядела одна из первых характеристик гиттеншрейбера (смотрителя и учётчика при плавильных печах) Ивана Ползунова: «К горным заводским делам рачителен и прилежен, жития воздержанного». Впрочем, сначала карьера двигалась небыстро. Чин шихтмейстера, что соответствует первому офицерскому званию, Ползунов получает только в 1759 году.
Иван Ползунов. Фото: Commons.wikimedia.org/ Брюкке-Osteuropa
Приглашение от Екатерины
А потом события несутся вскачь. В 1761 году всех горных офицеров в обязательном порядке заставляют изучать труд президента Берг-коллегии, то есть министра горной промышленности, Ивана Шлаттера, в котором упоминалась пароатмосферная машина Томаса Ньюкомена 1712 года. Что же это был за агрегат? Цилиндр один. Поршень в нём поднимался вверх под давлением впрыснутого пара, а опускался под давлением атмосферы, когда пар охлаждали впрыснутой ледяной водичкой. Долгое время к этим машинам приставляли человека, который открывал сначала краник с паром, а потом краник с водой — и так 12 раз в минуту. И годился этот монстр лишь на откачку воды из шахт.
Паровая машина Ивана Ползунова. Фото: Public Domain
В 1761-м Ползунов знакомится с этим «чудом техники». А в 1763-м на стол начальника Колывано-Воскресенских заводов Андрея Порошина ложится проект первой отечественной машины.
Принципиальным отличием конструкции Ползунова было наличие двух цилиндров и полная автоматизация впуска пара и воды. Это значило, что механизм русского изобретателя мог действовать сам собой и непрерывно — пока один цилиндр идёт холостым ходом, второй совершает полезную работу. Это был мощный рывок — такая машина могла не только подавать воздух в плавильные печи, для чего и была задумана. Она могла приводить в движение валы заводских станков.
В 1949 году, в честь 185‑летия со дня строительства Иваном Ползуновым парового двигателя, на Барнаульском котельном заводе изготовили точную модель этого механизма, предназначенного для привода дутья плавильных печей. Мощность двигателя достигала 32 лошадиных сил Фото: Алтайский краеведческий музей
Из канцелярии заводов проект летит в «Кабинет Ея Величества» Екатерины II. И не теряется среди других. Императрица, заинтересовавшись машиной, переправляет его в Берг-коллегию. Президент Иван Шлаттер оценивает проект и его автора: «Надлежит ему чин механикуса капитанска рангу с довольным жалованьем определить, и велеть такую машину, как он проектировал, построить и в действие произвести». Екатерина, в свою очередь, повышает ставки — не только производит Ползунова в капитан-поручики, но и приглашает его в Петербург: «Для приобретения в Академии наук ещё большего в механике искусства».
Смерть на взлёте
А сам Ползунов задирает ставки вообще до небес. За те полгода, что проект проходил согласование, он успел создать проект второй очереди. Первая машина была демоверсией — мощность всего около 1,8 лошадиной силы. Строить такую — только зря переводить время и деньги. К 1764 году у него готов проект машины с двумя трёхметровыми цилиндрами, которые развивают мощность до 40 лошадиных сил. В июне 1766-го машина готова к испытаниям, в августе принята в эксплуатацию. Правда, подаёт она воздух не в 12 печей, как задумывалось, а всего в 3, и её часто останавливают для доработок…
Памятник Ивану Ползунову в Барнауле. Фото: wikipedia.org/ Obakeneko
Увы, Иван Ползунов умер 27 мая 1766 года от скоротечной чахотки. Последней просьбой его было разрешить ввести машину в эксплуатацию. И она работала так, что даже с остановками за первый месяц покрыла все расходы на строительство. А ещё за два месяца дала чистую прибыль. Но на этом всё и остановилось.
Слишком ранний уход
Почему же отцом паровой машины считают англичанина? 10 ноября 1766 года машину Ползунова остановили по причине протечки котла и больше не дорабатывали. Говорят, что в крепостнической России такая машина была не нужна. Дескать, труд подневольных крестьян обходился дешевле. Но дело не только в этом. И заводы, и правительство видели в машине выгоду, однако сиюминутную. О выгоде венчурных инвестиций, то есть о вложениях в перспективный и прорывной бизнес, тогда ещё не знали. А Ползунов умер слишком рано и вырастить преемников, которые сумели бы это объяснить, просто не успел.
https://aif.ru/society/science/osobyy-par-ivan-polzunov-sozdal-parovuyu-mashinu-na-20-let-ranshe-anglichan
#news, #social.
Добавить комментарий